Триллеры

Приняв ровное вертикальное положение, запоздалый посетитель стал стыдливо поглядывать бегающим взглядом по сторонам, и не сразу заметил человека, внимательно наблюдавшего за ним из-за широкого письменного стола в дальнем левом углу магазина. Площадь помещения вряд ли превышала шестьдесят квадратных…

Окружающие продолжили сидеть, уставившись в экраны телефонов, отгородившись от происходящего наушниками и покачиваясь на бесконечной волне вместе с остальным человечеством. Они моментально забыли о том, что среди них появился человек преклонного возраста: они изъяли пассажирку из своего сознания как…

Аня была способна на искреннюю радость, но одноклассники сторонились ее. – Ты знаешь, из какой она семьи? – шептались дети на перемене. – Неужели из той самой? – округлял глаза собеседник. Аню мать воспитывала в одиночку. Женщина была для неё всем: правилом, законом, самой правдой окружающего мира.…

– И давно вы видите эти… отражения? – осторожно спросил он. – Со вчерашнего утра, – Елена нервно одёрнула рукав пиджака. – Я знаю, как это звучит. Но я не сумасшедшая, доктор Савин. Со мной что-то происходит, и я хочу понять – что. Александр откинулся в кресле, разглядывая собеседницу. Никаких внешних…

Тихая улочка, разнокалиберные коттеджи за невыносимо высокими заборами (в детстве я, будучи непоседой, всегда пыталась перелезть хоть через один, и ни разу у меня не вышло, из-за чего всей душой невзлюбила эти неприступные ограждения), цветущие лилейники, гортензии и розы, распространяющие приятное благоухание,…

Я брел по узкой аллее. Думал о девушке, которая наблюдала за мной на ринге. Несмотря на душное скопление людей, ее радужки отпечатались единственной не размытой картиной в памяти. Не глаза, а синие аметисты, блестящие, как океан перед ночным штормом. На таком расстоянии невозможно различить не то что…

Эсбену двадцать четыре. Последний раз он был в Раттвике шесть лет назад. С тех пор прошло не так много времени, но теперь он едва ли узнавал эти места. Воспоминания о тихом городе оказались вытеснены беспокойной жизнью в Мальмё, стеклянными фасадами, уличными представлениями и концертами, кофейными барами…

Аня смутилась: – У нас он до сих пор числится главой этого участка… – Я посмотрю, возможно, не сделали какого-то обновления, – пообещал Соммерс. – При передаче полномочий всё так сумбурно, могли за чем-то не уследить… – Ладно, это не горит, – остановила его Аня. – Кто у вас теперь за главного?…

–Простите, мне нужно внутрь, – выдавил из себя проситель. –Кого желаете видеть? На простой вопрос, заданный вежливо, но без подобострастия, мужчина ответил новой паузой. –Так кого-с? – повторил привратник настойчивее. Проситель придал спине абсолютную прямоту и ясно, отчетливо, громко произнес:…

Плацтер разжал пальцы одной руки и только после настигнувшей боли понял, до чего сильно сжимал руль. Он медленно потянулся к фотографии, желая спрятать её за уголок папки. Желудок скрутило узлом, и пущим морозом обуяло кости. Внезапно впереди послышался шум. Треснули ветви у опушки леса, и Виктор вскинул…

– Нууу, – протянул он. – Вы читаете хорошие книги. «Американская трагедия» Теодора Драйзера 1 лежала чуть поодаль остывшей кружки чая. Видимо, Даша машинально отложила книгу, когда появился незваный собеседник. Она снова взяла книгу в руки, чтобы перестать терзать кутикулу на ногтях в длинных рукавах…

Он убрал колоду, оставил Даму Пик. Наконец-то готов. Повернулся к зеркалу. Свечи горели ровно, карта лежала на правильном месте. Рисунок на зеркале просматривался удивительно четко. Он пару раз глубоко вздохнул, вроде успокоился. Собрался, даже как-то представил себе ту, кого ждет. Не такой, как на карте.…

– Даже если бы удалось повернуть время вспять, то ты поступила бы так же, как и тогда, – Вишневский с трудом выдавил улыбку и по-отечески потрепал Василису по мягким волосам. – Пошли, пора возвращаться в комнату. Замерзнешь… Василиса и Богдан неспешно шли по темному пустому коридору общежития. Каждый…

Ну и народ у нас пошел, если взрослым людям было больше нечем заняться, кроме как мучать новичка слухами и домыслами о его будущем месте работы! Серьезно, ну как из трагичного факта о том, что на удаленной станции в течение длительного срока произошло целых восемь смертей, можно было сделать одновременно…

Да, именно там, на процессе, я уже встречал эти глаза. Глаза, в которых пляшут огоньки Святого Эльма. Эти брови, начертанные природой по странной дуге, придававшей лицу неизменную строгость. Тонкий, с небольшой горбинкой нос. Эту жесткую полоску губ, в которых застыло природное упрямство и решительность.…

– Вам повезло, она хорошенькая, правда, не понимаю, что в вас нашла. Ну не суть. Хорошо. Значит, память вы еще не до конца потеряли. Так. Сейчас эти два джентльмена отведут вас в душ, затем в столовую, а после я с вами поговорю. Доктор быстро проскользнул мимо двух, как он выразился, «джентльменов»,…

Я делаю еще глоточек кофе, стараясь заодно проглотить тревожные мысли. Потом забиваю в поисковик имя новой пациентки, но он не выдает ничего примечательного об Одри Гладстон из Лос-Анджелеса. Загорается лампочка, извещающая о том, что пришел посетитель. До назначенного времени еще пятнадцать минут.…

Алиса срывается с места и мчится вперед. Неважно куда. Главное – как можно дальше от этого кошмара. Она бежит так быстро, насколько это возможно. Но страшные картины страданий незнакомых людей преследуют ее. Кто-то, не выдержав, падает и продолжает надрывно вопить. Кто-то пытается устоять, но вскоре…

От воротной башни оба всадника вдоль кремлёвской стены направились по Васильевскому спуску. За ними потянулись сначала ряды знамён и хвостатых штандартов, потом плотные шеренги всадников: под тусклым апрельским солнцем начищенной сталью сверкали шеломы русских дворян и морионы 5 шведских драгун, густым…

– Эти фото настоящие, – сказал он Рауту. В этот момент Дамер, казалось, пришел в себя. Пытаясь его задержать, Раут подошел к нему, и двое мужчин, сцепившись в борьбе, упали на пол. Полицейский, удерживая Дамера за руку, сел на него сверху, но тот сумел протянуть другую руку и с силой ущипнуть Раута…