ЛЮБЛЮ

гласил Максима с собой за компанию, но Максим Дашу помнил плохо

и идти к ней отказался. Дашину собаку, носящую человеческое имя

Яков, ошивавшуюся на остановке и промышлявшую попрошайниче-

ством, он знал куда лучше.

– Ты иди тогда, чего ждать-то будешь, – сказал дед Андрей, гля-

дя на остановившегося Максима.

А тот и не думал ждать. Он первый раз в этом году приехал в

деревню и залюбовался высоким небом, которого в городе не видно.

Гудели пчёлы, перелетавшие с цветка на цветок, полосатый шмель,

цепляясь за лепестки, гнул тонкий стебель к земле, со всех сторон бы-

ло слышно стрекотание кузнечиков, с неба доносились радостные

песни птиц, где-то совсем рядом, скрытая от взора за разросшейся ли-

ствой деревьев и кустарников, мычала корова.

За Фёдоровкой, на задах, Максим увидел маленького козлёноч-

ка. Рожек у козлёночка совсем ещё не было, только намечались. Он

был привязан толстой верёвкой к колу, вбитому в землю. Резвый и

озорной, козлёнок так закрутил свою верёвку вокруг кола, что не мог

уже нормально стоять и был вынужден припадать передними ногами

на колени.

– 199 –

Увидев его, Максим не смог пройти мимо. Размотав верёвку,

освободил козлёночка из плена и стал с ним играть, как играют только

дети друг с другом. То есть, на равных.

Козлёнок обрадовался новому приятелю и с удовольствием стал

бодаться, приняв вызов Максима, вставшего на четвереньки. Белень-

кие ножки его дрожали от напряжения, он изо всех сил упирался, си-

лился сдвинуть с места, победить.

Максиму, наблюдавшему эту дрожь, стало смешно. Он стал

поддаваться. После чего, взяв козлёночка на руки, крепко прижал его

к груди и поцеловал в лоб.

Наигравшись, он оставил козлёночка и довольный тем, что лег-

ко доехал, испытывая радость от ясного дня, продолжил свой путь.

Шёл мимо полей, широко раскинувшихся по обе стороны от дороги,

через лес, вершины которого так шумели, словно рядом шёл дождь.

Шагал, напевая, по листкам подорожника, густо разросшегося и со-

вершенно поглотившего тропинку и через сорок минут был у своего

деревенского дома.

Увидев, что мама варит клубничное варенье, недолго думая,

мокнул палец в горячую массу. Тут же, издав страдальческий крик,

палец извлёк и сунул в рот.

Глядя на сына, с выразившемся на лице состраданием, Полина

Петровна спросила:

– Больно?

– Сладко, – ответил Максим и улыбнулся.

Полина Петровна с мая находилась на даче, а сбором ягоды за-

нималась с седьмого июня. Перетирала клубнику с сахаром, делала

варенье, закрывала компоты и, будучи не в силах справляться с ог-

ромным урожаем, решила её продавать. Для реализации и был вызван

Максим.

Сняв рюкзак, Максим первым делом пошёл смотреть сад.

У дома не успевшую даже покраснеть иргу нещадно клевали птицы

всех мастей.

– Ох, и вольно же вам, – улыбаясь и радуясь за них, говорил

Максим, стоявший от птиц на расстоянии одной ладони. – Вот только

жадничаете чего? Дали бы ягоде созреть.

– 200 –

Птицы, действительно, поступали не рачительно – больше пор-

тили, чем съедали. Стоявшего же так близко Максима совершенно не

боялись.

Дом у Макеевых был небольшой, а сад огромный. С трёх сторон

сад обступал постройки, был густой, но ухоженный. Максим подошёл

к каждому дереву, к каждому кустику, поздоровался. Проходя мимо

грядок, в безветренном воздухе нос его уловил клубничные ароматы,

это не был запах варенья, которое варилось в доме, это был дух зре-

лой, живой, душистой ягоды.

Нарвав в огороде горстку щавеля, Максим попросил матушку

сварить ему зелёные щи. Полина Петровна рассмеялась. Щавеля для

щей было недостаточно, его и в огороде было мало, весь был съеден

перламутровым жучком. Полина Петровна рассказала ему похожий

случай, произошедший с Галиной.

Когда Галя была маленькая, они вдвоём ходили в лес, а так как

вглубь леса идти боялись, чтобы не заблудится, то и грибов не нашли.

Галина отыскала одну сыроежку и всю дорогу к дому вслух мечтала:

«Мы из неё сделаем грибной суп, нажарим картошку с грибами, а что

останется – засушим на зиму».

Сравнение с маленькой Галиной Максиму не понравилось. По-

лина Петровна это заметила и в утешение сыну сказала:

– Не дуйся. Наверное, устал с дороги? Полежи, отдохни.

Максим прилёг и хотел отдохнуть, но тут же понадобилось спи-

лить у яблони сухую ветку, вскопать две грядки под редиску, сходить

к колодцу за водой, а там оказалось, что и полив не за горами. Из реки

в бочки воду нужно таскать, чтобы прогреться успела.

Максим любил носить воду из реки, ощущать, как наливаются

мышцы, когда с полными вёдрами поднимался в гору. Не последнее

место в этой работе занимало сознание того, что растениям, быть мо-

жет, умирающим от жажды, он приносит жизнь. Но с заготовок для

полива его сняли, матушка нашла дело поважней. Отправила с двумя

трёхлитровыми банками за молоком в соседнюю деревню.

У дома, в котором должны были дать молоко, пасся телёнок.

В палисаднике росли маковые кусты высотой полтора метра. Каждый

лепесток величиной с ладонь. Увидев такие сказочно большие маки,

Максим почему-то подумал о Жанне, но вышла хозяйка и все его ду-

– 201 –

мы пресеклись. Хозяйка загнала телёнка в хлев, пригласила Максима

в дом, сама же отправилась доить корову.

В дом Максим не пошёл, остался во дворе, стал следить за ры-

жим котом, ходившем на задних лапах вокруг бидона, имея к содер-