Детская проза

В противоположной стороне коридора, у окна, стояли Лиза Кукушкина и Туся Крылова. Глядя в их сторону, Аня задумчиво произнесла: – Говорят, что Маргарита и Михаил Юрьевич подали заявление в ЗАГС, двадцатого июня расписываются. – Наверное, – кивнула Ира, хотя впервые об этом слышала. – Как ты думаешь,…

И вот уже Гена с Чебурашкой голосуют на трассе Москва — Симферополь. На их счастье, погода стояла тёплая и светлая. (Кстати, я заметил, что Гену и Чебурашку всегда окружает тёплая, светлая погода, даже зимой.) Первой к ним подъехала роскошная иномарка — то ли «Вольво», то ли «Мерседес». — Садимся! —…

– Не надо, Захар. Щекотно. – Щекотно? В чем дело? Может, объяснишь? Почему – Капитонов? В чем я провинился? А? – Ни в чем. Просто все поменялось местами. – Чё поменялось-то? Чё? Я не поменялся, на фиг! Вот, смотри! Захар становится передо мной. Растопырил в стороны руки. – Я! Я! Вот он, я! Кислицин!…

Пробежав совсем немного наш лев притормозил и оглянулся. — Охотники, — сказал он сам себе. — Интересноинтересно, что это за охотники такие? И стал повторять на разные лады: — Охотники… о-хо-хо… охотники… Видите ли, ему очень понравилось это слово: так же, как другому нравится слово «Мадагаскар»,…

Павлик отвечает: – Улица Фонтанка, восемь. Милиционер поглядел на письмо и говорит: – Ого, это боевой ребёнок – он знает, где он живёт. Тётка говорит Павлику: – А как тебя зовут и кто твой папа? Павлик говорит: – Мой папа шофёр. Мама ушла в магазин. Бабушка спит в кресле. А меня…

Виксен сочувственно залаяла, и ее пронзительное тявканье слилось с отчаянным воем бультерьера. Мне было очень неприятно, ибо я знал, что одно дело, когда человек вообще любит собак, и совсем другое, когда человек любит одну единственную собаку. В большинстве случаев собаки — просто бродяги, кишащие блохами,…

Весь день мы шли сосновыми лесами. Шли без дорог, перебирались через сухие болота – мшары, где нога тонула по колено в сухих коричневых мхах. Жара густо настаивалась в хвое. Кричали медведки. На сухих полянах из-под ног дождем сыпались кузнечики. Устало никла трава, пахло горячей сосновой корой и сухой…

Вскоре королева ушла. Колдунья велела королеве посадить семена на той сопке, с которой хорошо был виден монастырь. Королева призвала астролога, и он помог выбрать королеве место для посадки семян. Это была самая высокая сопка в городе. Тот, кто забирался на самую вершину сопки, мог видеть не только весь…

Через неделю прошумела другая волна – «разбойничья». Несмотря на грозное название, она была очень спокойная. Все мирно сидели под деревьями и мастерили маленьких разбойников. Туловища лепили из глины, головы делали из шишек и репейника, руки и ноги – из веток, а усы – из сухих сосновых иголок. Потом…

В первые годы советской власти был народным учителем в своей деревне. Став известным писателем, не порывал связей с родиной, с друзьями и товарищами трудного детства и боевой юности. И большинство своих правдивых книг для детей и для взрослых написал с натуры. Внезапное нападение гитлеровских полчищ…

Вдруг воробей ещё раз разлетелся и через форточку пулей влетел в комнату. Я вскрикнул, взмахнул одеялом – он испугался, сделал круг под потолком, полетел обратно и затрепыхался на стекле рядом с мухой. А мне что-то стало жалко и воробья, и муху. Выходной день… Утро такое хорошее, а они попались… …

Пастор Пфаффенмайер сделал своё дело лучше некуда. Мать Уленшпигеля, правда, не смогла подняться с постели сразу после родов и оставалась дома, но одна из женщин, бывших в церкви, сказала, что всё прошло прекрасно, хотя маленький Тиль довольно громко пищал. Это было его первое крещение. Потом…

Как-то раз решил Виктор Францевич сделать моей маме предложение. Явился к нам с шампанским и с букетом ромашек, но мама его отшила. С тех пор Виктор Францевич мне проходу не даёт и говорит разные глупости, например: – Знаешь, Иван, почему я живу в правой половине нашего дома? – Почему? – Потому…

«Нашел, у кого спрашивать, я, что ли, сам могу решить этот вопрос? Спрашивай у Андрея Максимовича – он твой отец, да и званием повыше будет. Разрешит, я с удовольствием разомну свои косточки». Откровенно говоря, я действительно тут залежался. В последнее время мне везет на загородные дома. В таком…

найдёшь. Только здесь, на светлой поляне. На воле! Паша любовалась милым клёном, обнимала его. А вокруг столько разных птиц! — Фьють!.. Чив, чив!.. Зью, зью!.. Она вторила им. Казалось, птицы принимали её в свой хор. Паша радовалась и чувствовала себя вольной, как птица. Тут сестра и мать…

Со временем помимо рассказов о девчонках и мальчишках я стала писать сказки, сказочные повести, пьесы для кукольных театров («Принцесса о-Цуру», «Умная Матрёна», «Принц и Фея»…), сценарии для киножурнала «Ералаш» и детских телепередач. Стали выходить и книжки («Иванова, Петров, Сидорова», «Тринадцатый…

Я равнодушно пожал плечами. Я не археолог. — Я поглядел в пруд. — К тому же там жарко, а я плохо жару переношу. Задыхаться начинаю... Эта дурацкая рыба всё пялилась и пялилась на меня, тяжело заглатывала воздух, хлопала оранжевыми губами, будто в пруду сидел птенец какой-то невиданной подводной птицы.…

Солнца не было видно. — Домой скорее, домой! — спохватился Петрушка. Он обернулся назад — берег исчез. Морскую даль заволакивала темная туча. «Берег должен быть там»,— решил Пет¬ рушка. С большим трудом повернул лодку. Он думал, что ветер так же легко и быстро погонит ее в обратном направлении.…

Но прежде чем говорить о войне, расскажу о двух своих литературных дебютах. Первый, устный, совпал по времени с моим переходом из медицинского во ВГИК. Я выступил с чтением рассказа на вечере начинающих авторов в клубе писателей. А через год в журнале «Огонек» появился мой рассказ «Двойная ошибка»;…

— На кой она тебе? Ты же не повезешь пацана в Кратово. — Нет, конечно. Он еще и без крыльев. — Где ты такого урода раскопал? — Соседи дали. У меня своего нету. Одновременно со звонком из класса выскочил красный, потный, взъерошенный Ладейников: — Решил-таки, чтоб вам пусто было! — Ну ты хорош!.. —…