Проза

Подхожу к окну — темно. Там где-то огромная степь и по ней ползут черные змеи — поезда — ползут, останавливаются и хрипят в судорогах и звякают на весь мир ржавыми цепями. Сидит, свесив ноги — наган у пояса — путешественник и глядит в мрак, а из мрака ему подмигивает алое зарево и на кожаной куртке трепещут…

Посылка ШЕСТНАДЦАТАЯ. О Поход на Медвдя. Удивительныя подвиги Пошехонцевъ при нападеніи на Медвдя, и плачевная участь смльчака Яшки Тришкина, постившаго Медвдя въ самой его берлог КРАСАВИЦЫ НЯНЮШКИ, ЛЮБЕЗНЫЯ МАМУШКИ! Нтъ достойной жертвы хвалы и благодарности, коею бы воздать вамъ возможно было…

Вкусъ. — Вкусы суть разные: иной любитъ свинину, а другой осетрину. Взятки. — Встарину у Приказныхъ были: Масштабъ для измренія правоты челобитчиковъ. Воздержаніе. — Добродтель всми похваляемая, но нын не всегда исполняется. Война. — Искуство и счастіе убивать другъ друга. Войско. — Въ немъ пхота…

И покрылся румянцемъ праведнаго гнва свтлый ликъ Богоматери, и воскликнула она голосомъ, полнымъ слезъ и изумленной скорби: — Да разв люди уже забыли, что міръ живъ только божественною справедливостью? разв царство Сына моего уже кончилось на земл? разв умерли завты, которые Онъ вамъ оставилъ? Старикъ…

И пили, и гуляли они, — когда-же ударила полночь, остался Николай вдвоемъ съ молодою женою. Радостью и любовью горятъ ея глаза, и очарованъ суровый контрабандистъ, и смягчилось его железное сердце. — Я самъ хочу ходить за тобою — у тебя не будетъ другой служанки, кроме меня, Робертина. Мои руки снимутъ…

Старикъ, по обыкновенію, былъ на берегу. Взволнованный, какъ никогда, онъ трепетно бормоталъ невнятныя слова, не замчая, что море лижетъ волною его слабыя колна. Молодая друидесса силою увлекла его за черту прибоя. — Безумецъ ты едва не погибъ! вскричала она, — зачмъ ты здсь въ такую пору? Кого ты…

Из раздела «Фламандские легенды» Фламандецъ не любитъ внезапностей; ему чудится въ нихъ недоброе начало. Если вдругъ — ни съ того, ни съ сего — безъ видимой причины, упадетъ черепица съ крыши, сорвется съ гвоздя повшенная на стну вещь, народное суевpie записываетъ это на счетъ дьяволу. Во многихъ странахъ…

Христофора вс очень любили, потому что добръ онъ былъ выше всякой мры. Но, по своей огромности и сил, онъ никакъ не могъ, чтобы не обидть кого-нибудь ненарокомъ, и не мало калкъ развелось, по его милости, между его сверстниками. При всей пріязни къ Христофору, сосди начали понукать его родителей: —…

Снизу балки поднялась сырость, подплыла ко мн, окутала холоднымъ облакомъ, — лихорадка начала меня бить еще сильне. Мсяцъ засвтилъ. Смотрю вверхъ — балки не вижу; лежу подъ туманомъ, какъ подъ саваномъ, трясусь и молчу. Чекалка гд-то залаяла. Въ кустахъ трескъ пошелъ; должно-быть, и впрямь медвдь шатался.…

Въ деревн толпа ребятишекъ, разиня ротъ, издали смотрла на распростертую на земл Матико. Мать пришла, сла въ сторон и заголосила. Оръ вылъ. Дикій цвтокъ увялъ и осыпался. 1907

— Будь моя воля, — сказала она, — никогда бы, ни для какого рыцаря, я не разсталась съ тобою, мой милый старый дубъ! Втеръ ходилъ въ старой листв стараго дуба; она, величаво шатаясь, прошумла: — И оставайся съ нами, графская дочка! Блые цвты, на тоненькихъ ножкахъ, топорщившіе свои головки-звздочки…

— Внчай, но, если она общана Фидо, то рано или поздно рукъ его не минуетъ: ихъ судьба связала. До самого Тифлиса здилъ Дзнеладзе за совтами, пытая старыхъ, мудрыхъ, свдущихъ въ обычаяхъ людей, и везд слышалъ одно и то-же; судьба… судьба… судьба! — Да что ты упрямишься? — убждали его нкоторые, — какого…

— Ты Степанъ, поди лягъ нынче во двор, подъ навсъ. Больно неладная ночь. Да Сраго-то навщай. Въ другое время Степанъ заворчалъ-бы на васъ за такое ршеніе, но теперь видитъ, что резонъ на вашей сторон, говоритъ: «ладно!» и, вмст съ работникомъ, покорно отправляется подъ навсъ, гд и заваливается спать…

In die Traum und Zauber ph"are Sind wir, cheint e , eingegangen. Goethe. Fau t. Из раздела «Закавказье» Арагва переливается изъ млетской [1] долины въ Пасанаурскую, длиннымъ и довольно узкимъ ущельемъ, похожимъ на коридоръ. Горы здсь теряютъ ту наивную веселую прелесть, какою такъ искренне…

— Та то-жь мій Опанасъ! — вскричала баба, а чумакъ крикнулъ воламъ: «цобъ! тпру!… тю вамъ скаженые!» [3] — воткнулъ кнутъ въ землю и говоритъ: — Ото добре, жинко, что ты не утопла, бо я вышелъ въ дорогу, не поснидавши, и сть хочу, якъ нашъ Рябко, бісовъ цюцикъ. Топи, моя ластовка, печь, да корми…

1907

Отъ автора Я не былъ бы «восьмидесятникомъ», если бы не посвятилъ нсколькихъ лтъ своей молодости изученію фольклора и сравнительной миологіи, если бы не диллетантствовалъ въ свое время по части сравнительнаго языковднія, если бы не стремился написать диссертацію о «Русаліяхъ» и т. д. Кто знакомъ…

— Кто бы ты ни былъ, о Вендъ! слдуй за нами, ибо звзды послали намъ тебя, чтобы ты поразилъ нашихъ враговъ и правилъ нами! II Шесть лунъ родилось и умерло; родилась и созрвала седьмая. Тогда жрецъ сказалъ стражу-звролову: — Ударь въ щитъ, чтобы собрались люди и слышали, что скажетъ имъ Вендъ.…

Изъ раздла «Русь».              Когда Господь нашъ Исусъ Христосъ былъ три дня во гроб,              Красное солнце затмилось, не свтило,              Ясенъ мсяцъ съ небеси скатился,              Часты звзды пали въ окіянъ-море.              Кривда на Правду наступила,              Кривда…

— Нтъ! какъ я дошла за него, а главное, какъ онъ, мелюзга, смлъ сдлать мн предложеніе? У, противный! Какую-бы карьеру я сдлала безъ его глупаго ухаживанія! Свой домъ… титулъ… Ницца… зимой ложа въ итальянской опер… ахъ, Мазини! ахъ, Фигнеръ! Господи, какая я несчастная! Какъ скучно жить! — И хоть-бы…